О третейских судах

Институт разрешения гражданских и частных уголовных споров посредством третейского разбирательства появился в нашей стране задолго до становления советского социалистического государства, еще тогда этот способ разрешения споров и разногласий приобрел существенное значение, получив заслуженный авторитет.

После Октябрьской социалистической революции 1917 года с началом создания Владимиром Ульяновым советского социалистического государства в нашей стране был принят Декрет о суде N 1 от 24 ноября 1917 года, которым заинтересованным сторонам предоставлялась возможность обращаться к третейскому суду для разрешения споров по всем гражданским и частным уголовным делам (Примечание. Владимир Ильич Ленин — политический и государственный деятель мирового значения, основавший первое в мировой истории советское социалистическое государство на территории нашей страны, являющийся идеологом, организатором и руководителем Великой Октябрьской Социалистической революции 1917 года, произошедшей под главным девизом — «Каждому по потребностям, от каждого по труду«).

После этого в результате развития советской правоприменительной практики порядок деятельности третейских судов был урегулирован Декретом ВЦИК о третейском суде от 16 февраля 1918 года, который стал одним из первых законов, принятых Советской властью в области Юстиции.

Во время осуществления новой экономической политики (нэп) в советском государстве третейское разбирательство получило широкое распространение, но с окончательным укреплением после Великой Отечественной войны в Советском Союзе так называемого «социалистического способа хозяйствования» деятельность третейских судов за период так называемой «хрущевской оттепели» была вытеснена в международно-правовую сферу и практически исчезла из области внутренней правовой жизни гражданского общества и государства, частично сохранившись только в сфере отечественной потребительской кооперации.

Важно понимать, что разумное регулирование и развитие третейского судопроизводства в нашей стране будет при любой экономической модели способствовать предсказуемому и что очень важно полноценному развитию экономики государства, поскольку главным ресурсом в экономике любой страны мира является человек, его права и свободы, уважение и защита которых формируют социальную справедливость и в этой связи обеспечивают социальную ответственность в гражданском обществе. Применительно к этому следует вспомнить о мудрых словах буддистского священника Кадзуо Инамори — «Если хочешь яиц, позаботься о курице. Если запугать или убить курицу, ничего не выйдет» и о знаменитых словах советского экономиста Меньшикова С.М. — «Может ли социализм выжить? Да, если перейдет к смешанной экономике», обратив внимание на современную модель экономики Китая.

Международная практика такова, что экономические, хозяйственные, корпоративные и частные гражданские споры чаще всего разрешаются третейскими судами, при этом, нередкими для международной практики являются случаи передачи на разрешение третейских судов имущественных споров.

Третейское производство по разрешению споров получило широкое распространение в большинстве стран с развитой экономической системой государства, так как институт третейских судов, в отличие от государственных судов, наиболее эффективным образом выполняет одну из основных целей гражданского правосудия — обеспечение баланса частных и публичных интересов (интересов общества и государства), что в любой без исключения стране мира способствует формированию благоприятного делового и инвестиционного климата, который позитивно отражается на уровне социально-экономического развития любого общества и любого государства мира.

В мировой практике третейские суды разрешают споры в рамках процедур, обеспечивающих оперативное производство по гражданским делам, что способствует экономии времени участников гражданских правоотношений за счет срока и процессуальных особенностей разрешения споров между ними, вступлением в силу решений третейских судов с момента их принятия.

Более того, в противовес открытости государственного судопроизводства третейское разбирательство основано на принципе конфиденциальности, в этой связи дело рассматривается в закрытом заседании, никакая информация о существе спора и о его субъективном составе не раскрывается, что способствует сохранению личной, семейной и что в настоящее время важно — коммерческой тайны участников гражданских правоотношений, говорить при формировании и развитии правового государства о важности этого для социально-экономического развития Всей нашей Страны в условиях внешних глобальных и внутренних угроз будет лишним, для этого достаточно напомнить о Стратегии национальной безопасности России, согласно которой основными показателями, необходимыми для оценки национальной безопасности, являются: удовлетворенность граждан степенью защищенности своих конституционных прав и свобод, личных и имущественных интересов, в том числе от преступных посягательств… и о Доктрине информационной безопасности России, где сказано, что: «Национальными интересами в информационной сфере являются обеспечение и защита конституционных прав и свобод человека и гражданина в части, касающейся получения и использования информации, неприкосновенности частной жизни…»

Поскольку государственная судебная система не может расширяться до бесконечности и ее содержание весьма затратно, то развитие третейского судопроизводства в качестве альтернативы государственному суду практически во всех странах рассматривается как позитивное явление, способствующее значительному облегчению бремени, лежащего на государственном правосудии.

Как и в других государствах мира, в юрисдикции Российской Федерации третейские суды действуют в качестве альтернативной формы урегулирования гражданско-правовых споров, гарантированной всем нам основополагающими общепризнанными принципами права. 

Зачастую в силу несовершенства правовой системы сложившаяся судебная практика российских судов в сфере гражданско-правовых отношений является спорной и не вытекает из требований закона, при этом, иногда на протяжении нескольких лет судебная практика в российском государстве изменяется прямо на противоположную, но во всех случаях она обязательна для судьи государственного суда, рассматривающего дело.

Последний пример следует признать в качестве существенного недостатка российской судебной практики, восполняемого третейскими судами, которые в противовес государственным судам гарантируют индивидуальный подход к каждому делу, поскольку для третейского разбирательства сложившаяся судебная практика государственных судов не является обязательной и в этой связи не препятствует вынесению решений, даже если они ей не соответствуют.

В результате чего активное введение в правоприменительную практику института третейских судов позволит государству облегчить профессиональную трудовую деятельность государственных судей, вернуть авторитет правовой системе с помощью снижения коррупционной составляющей в государственном правосудии и в существенной части решить вопрос роста бюджетных расходов с помощью снижения нагрузки на государственные суды, как это делается во многих странах мира.

Более того, в условиях ВСЕОБЩЕГО ПРАВОВОГО НИГИЛИЗМА, применение и достойное развитие третейской практики в нашей стране могло бы эффективным образом способствовать достижению той цели, ради которой были утверждены Основы государственной политики в сфере развития правосознания граждан и КОНЦЕПЦИЯ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ.

Также третейские суды могут быть полезны системе учета объектов недвижимости, разумное и эффективное функционирование которой обеспечивает предсказуемое и главное полноценное развитие экономики в любой стране мира и в настоящее время ко всему прочему повышает уровень налоговых поступлений в казну и бюджеты Российской Федерации, когда разрешение гражданско-правовых споров связано с правами на недвижимое имущество, в особенности это является актуальным для регионов северного Кавказа нашей Страны.

С учетом этого для полноценного развития отечественной экономики очень важны доступные альтернативные формы разрешения гражданско-правовых споров и право на их выбор, в особенности в ОТЕЧЕСТВЕННЫХ РЕГИОНАХ, не только для предприятий (хозяйственных организаций), но и для наших граждан, в частности — в вопросах трудовых правоотношений и выплаты авторских вознаграждений, поставки товаров и оказания услуг, предоставления займов и строительного подряда, перепланировки и переустройства объектов капитального строительства, купли-продажи или дарения движимого и недвижимого имущества, признания права собственности на самовольные постройки и урегулирования земельных правоотношений, найма или аренды объектов недвижимости и во многих иных сферах гражданско-правовых отношений и гражданско-правового оборота.

Следует отметить, что в юрисдикции Российской Федерации институт третейских судов всегда оставался одним из самых слабо развитых, подтверждением этого может послужить тот факт, что в своей практической профессиональной трудовой деятельности с этой формой разрешения споров сталкивалось не более 10 процентов представителей нашего профессионального юридического сообщества, занимающегося предоставлением юридической помощи.

К сожалению, в российской практике граждане и (или) организации редко прибегали к передаче на разрешение третейских судов гражданско-правовых споров между собой, как правило, в большинстве случаев это происходило тогда, когда в этом была заинтересована сторона, несущая наиболее существенный риск при совершении сделки либо тогда, когда стороны не имели принципиальных разногласий по существу спора и для реализации законных интересов требовалось процессуальное закрепление возникшего права одной из них.

Основной причиной этого являлось сформировавшееся в прежние времена предвзятое отношение к третейским судам со стороны отдельных публичных лиц российского государства, которое негативно отражалось на доверии гражданского общества к этому полезному правовому институту, чему было логичное и справедливое объяснение…

В мировой практике применения альтернативных форм разрешения гражданско-правовых споров «выдерживают конкуренцию» только те третейские суды, которые получили заслуженные доверие за счет принятия объективных решений и авторитет за счет выполнения всех норм третейского делопроизводства.

Однако существовавшая ранее редакция закона о третейских судах имела существенные недостатки, позволяющие предприятиям (финансовым и хозяйственным организациям) в уведомительном порядке создавать постоянно действующие третейские суды, которые в связи с этим превратились в «карманные суды коммерческих банков, монополий и иных корпораций, при чем нередко иностранных», кроме этого, этот закон не предусматривал запрет на создание третейских судов, использующих в своих наименованиях словосочетания, которые сходны до степени смещения с наименованиями государственных судов, что вводило участников гражданского оборота в заблуждение относительно их правовой природы и полномочий.

Более того, в законе о третейский судах отсутствовали нормы, связанные с делопроизводством, что предоставляло неограниченные возможности откровенным мошенникам, подделывающим решения третейских судов для неправомерного и незаконного завладения имуществом граждан и (или) организаций.

В результате чего все это в своей совокупности существенно подорвало авторитет третейских судов, которые в действительности являются достойной альтернативой государственному правосудию, в особенности — если третейские суды по отдельным категориям гражданских дел в перспективе стали бы разрешать споры в качестве суда первой инстанции.

Учитывая это, Глава государства поручил разработать законопроект (Новость от 12 декабря 2013 года. Послание Федеральному Собранию), позволяющий вернуть этому полезному для всего нашего гражданского общества и всей нашей отечественной (национальной) экономики ПРАВОВОМУ ИНСТИТУТУ заслуженные доверие и авторитет, которые в своей совокупности ко всему прочему смогут поспособствовать развитию отечественной (национальной) потребительской кооперации, обеспечивавшей в социалистический период продовольственную безопасность всех наших коренных народов в пределах государственной территории СССР.

В итоге российским государством был принят закон об арбитраже (Новость от 29 декабря 2015 года. Изменение концептуальных подходов к третейскому судопроизводству), согласно частей 1 и 21 статьи 44 которого постоянно действующие арбитражные учреждения создаются при социально-ориентированных общественных организациях и правомочны осуществлять свою деятельность при условии получения общественной организацией, при которой оно создано, права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения, при этом, запрещается создание постоянно действующих арбитражных учреждений, наименования которых включают в себя словосочетания «арбитражный суд» и «третейский суд», если полное наименование учреждения сходно до степени смешения с наименованиями государственных судов или иным образом способно ввести участников гражданского оборота в заблуждение относительно правовой природы и полномочий постоянно действующего арбитражного учреждения.

Что касается арбитражных (третейских) соглашений, заключенных до дня вступления в силу закона об арбитраже (третейском разбирательстве), то в силу части 5 статьи 52 настоящего закона они сохраняют силу и не могут быть признаны недействительными или неисполнимыми в случае, если действующие на день вступления в силу этого закона третейские соглашения предусматривали рассмотрение споров в соответствующих постоянно действующих третейских судах при общественных организациях, указанных в таких соглашениях, при этом, споры в рамках арбитража, администрируемого таким третейским судом, утратившим право администрировать спор в связи с отсутствием рекомендации Совета по совершенствованию третейского разбирательства и соответствующего акта Правительства РФ, продолжают им рассматриваться и все функции по администрированию арбитража подлежат выполнению этим третейским судом…

Что касается приведения в исполнение решения постоянно действующего третейского суда при социально-ориентированной общественной организации, утратившего право администрировать спор в связи с отсутствием рекомендации Совета по совершенствованию третейского разбирательства и соответствующего акта Правительства РФ, то в указанной ситуации на основании части 7 статьи 52 закона об арбитраже (третейском разбирательстве) применяются положения его главы 8 и решение такого третейского суда принудительно приводится в исполнение путем выдачи исполнительного листа в соответствии с положениями процессуального законодательства, в том числе это касается арбитража, начатого и незавершенного до дня вступления в силу этого закона.

Важно отметить, что в соответствии со статьей 18 об арбитраже (третейском разбирательстве) арбитраж осуществляется на основе принципов независимости и беспристрастности арбитров, состязательности сторон и равного отношения к сторонам, при этом, в соответствии со статьей 21 закона об арбитраже (третейском разбирательстве) арбитраж является конфиденциальным, арбитры и сотрудники арбитражного учреждения не вправе без согласия сторон разглашать сведения, ставшие им известными в ходе арбитража.

Принимая во внимание, что в силу статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 года), ратифицированной 6 мая 1998 года, осуществление свободы получать и распространять информацию, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными условиями и ограничениями, которые предусмотрены законом и необходимы в целях предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, то вмешательство публичных лиц в деятельность арбитража не может выходить за пределы направления при проведении процессуальной проверки по заявлению заинтересованной стороны соответствующего запроса в целях подтверждения факта принятия арбитражного решения, в остальной же части вмешательство публичных лиц не допускается и будет свидетельствовать о превышении должностных полномочий, поскольку в силу своей правовой природы имеет гражданско-правовой характер разрешение всех споров и (или) разногласий относительно несогласия с намечаемым или состоявшимся арбитражем, которое может осуществляться только в рамках закона об арбитраже (третейском разбирательстве) и является исключительной компетенцией государственного суда, реализуемой на основаниях и в порядке, предусмотренных гражданско-процессуальным законодательством.

В завершение следует напомнить, что еще в самом начале своей социально-ориентированной общественной наше общественное объединение потребителей не только обеспечило создание постоянно действующего третейского суда, но и утвердило концепцию об осуществлении деятельности, направленной на развитие института третейских судов (Новость от 20 сентября 2012 года. Образован третейский суд), при реализации которой впоследствии была достигнута договоренность об установлении межрегионального взаимодействия и сотрудничества в сфере развития альтернативных форм урегулирования гражданско-правовых споров (Новость от 20 февраля 2014 года. Состоялась рабочая встреча с товарищами из Саратова).

Вследствие чего отдельные представители нашего общественного объединения потребителей в дальнейшем будут принимать участие в социально-ориентированной деятельности, преследующей цель развитие и обобщение третейской практики для совершенствования института третейского судопроизводства во всей нашей стране в целом

Предупреждаем, что развитие третейского разбирательства в нашей стране может очень не понравится отдельным нашим несознательным гражданам и поэтому, если это когда-либо будет происходить — то знайте, что это паразитарные проделки откровенных врагов всех наших коренных народов, имя которых — «предатель», должность — «провокатор»… Поэтому не забывайте сообщать государству о каждом факте воспрепятствования развитию третейского разбирательства в нашей стране, в особенности, если это будет касаться неправомерного произвольного вмешательства должностных лиц в деятельность отечественных третейских судов с целью их дискредитации…

Полелиться в соцсетях: